ПОРТАЛ ДЛЯ ЛЮБИТЕЛЕЙ ДОМАШНИХ ЖИВОТНЫХ

журнал для любителей Собак

ПОРТАЛ ДЛЯ ЛЮБИТЕЛЕЙ ДОМАШНИХ ЖИВОТНЫХ

Новости

Канистерапевт: хвостатая профессия

Статья опубликована в журнале

Автор: Елизавета Морозова

Дата: 01.04.2017

Подробнее о журнале

Редкий человек может сказать, что ему приятны визиты к врачу. Но бывают особенные доктора – четвероногие, лохматые, без медицинских халатов – общение с ним приятно и детям, и взрослым. Наверное, вы уже догадались, что речь идет о канистерапии, которая способна творить настоящие чудеса. Но как собаки получают столь не¬обычную профессию и чем полезна их работа? За ответами на эти и другие вопросы о канистерапии мы обратились к специалистам.

– Прежде всего, расскажите о том, как Вы пришли в канистерапию?
Ирина Эдуардовна Гришина, психолог высшей квалификационной категории, психотерапевт, канистерапевт, кинолог, эксперт РКФ: Все началось с одного мальчика-инвалида, у которого была восточноевропейская овчарка. Собака для него служила опорой – он держался за нее, когда ходил или сидел. Его приводили к психологу (ко мне), и в какой-то момент я решила включить в наши занятия собаку, причем, одобряя действия мальчика, я хвалила еще и овчарку. И делала это так, как обычно инструкторы хвалят собак на площадке: «Ай, молодец, какой хороший мальчик, ты принес мячик, который кинул тебе Саша (имя изменено)!» До занятий ребенок не умел говорить, но постепенно стал произносить, повторяя за мной, отдельные слова и предложения. Впоследствии у меня возникло желание создать свой центр канистерапии, где дети-инвалиды могли бы получать квалифицированную помощь.
Мария Николаевна Мальцева, директор АНО «Сообщество поддержки и развития канистерапии», канистерапевт, психолог, эрготерапевт, д.в.н, к.т.н., помощник главного специалиста Минздрава РФ по медицинской реабилитации СЗФО, доцент кафедры психологии и педагогики ФПО ПСПбГМУ им. И.П. Павлова: Я собаковод не в первом поколении.
С детства держу собак, в юности начала заниматься дрессировкой. В какой-то момент получилось совместить работу в реабилитации и хобби – собаководство. Все сложилось случайно. В 2001 году на площадку, где я занималась с собаками как инструктор, привели девочку с логоневрозом после психологической травмы. Ей решили завести собаку и пришли посоветоваться. В итоге я стала работать с ней и заметила, что ребенок начинает тихо разговаривать с собакой. Мы развили этот эффект, ребенок полностью восстановил речевые способности в рекордные для такой задачи сроки. Дальше сработало «сарафанное радио»: мамы стали приводить детей. Через пару лет на ту же дрессировочную площадку молодой человек с последствиями ДЦП пришел дрессировать свою собаку. В процессе занятий у него значительно улучшились движения, это меня очень заинтересовало. В руки мне попал журнал из Германии, где упоминали исследование по канистерапии. Я нашла заинтересовавшую меня статью и открыла для себя целый пласт научного направления. Во-первых, оказалось, что такая работа возможна. Во-вторых, то, чем мы занимались, имело название, продолжительную мировую историю и научно-методическую базу. Поиск по России не утешил: люди, занимавшиеся с детьми и собаками, не обладали методическим материалом, а больше следовали интуиции. За поддержкой по организации подготовки собак пришлось обращаться на родину канистерапии – в США, в самую старую организацию «Терапи Дог Интернешнл». Ну а методики работы можно было получить в международной научной библиотеке «Пабмед» (PubMed). Вот так все и началось – с дрессировочной площадки. Первыми волонтерами стали члены нашего кинологического клуба. Конечно, как только заработала серьезная структурная канистерапия, с дрессировочной площадки мы ушли: требования к гигиене и безопасности такую форму исключают. Довольно долго мы нарабатывали опыт и результаты. Оперируя полученными данными, убеждали коллег-реабилитологов, что это не просто «собачки», это серьезно. Потом с помощью коллег из США провели первый экзамен для собак-терапевтов. Это был уже 2011 год.
Юлия Флорова, психолог: Свою собаку я специально покупала для занятий канистерапией. Породу выбирала долго, сначала хотела голдена, потом остановилась на ховаварте. Лора прилетела ко мне из Екатеринбурга. Я психолог по образованию, мне хотелось включить в свою работу с детьми и канистерапию. И Лора отлично подошла для моих целей.
Ирина Осипова, волонтер: Сначала я со своей австралийской овчаркой (аусси) Никки начала заниматься поисково-спасательной и пастушьей службами, а в канистерапию мы пришли, когда Никки было уже больше года. Она любит детей, с удовольствием общается с ними и даже иногда пробует их пасти.
– Какие породы считаются наиболее подходящими для канистерапии? Есть породы, которые абсолютно непригодны для такой работы?
И.Э. Гришина: Традиционно, конечно, используют золотистых ретриверов и лабрадоров: они давно зарекомендовали себя как успешные собаки-терапевты, но у нас работают самые разные породы – от йорков и кинг чарльз спаниеля до русского черного терьера и алабая. Дело, в общем-то, не в породе, а в характере конкретной собаки. Поэтому вовсе не обязательно, что абсолютно любого голдена или лабрадора мы примем в нашу команду, а всех доберманов или кавказских овчарок будем сразу отбраковывать. У нас была питбулька, очень ласковая и умная, но она проявляла агрессию к другим собакам, а во время сеанса, как правило, одновременно работают несколько животных – два, три, даже пять может быть. Поэтому никаких драк, конечно же, нельзя допускать.
М.Н. Мальцева: Как наша, так и международная практика не выявила преимуществ каких-то конкретных пород. Причем международный опыт насчитывает уже более 60 лет. В определенные десятилетия есть преобладание модных пород. Например, в 80-е годы в мире были популярны немецкие овчарки и колли, в 90-е – различные ретриверы. На самом деле востребованы и большие, и маленькие, и лохматые, и короткошерстные, и породистые, и разнообразные метисы. Разные цели в канис­терапии требуют разных характеристик, и это счастье, что есть огромное количество собак, позволяющих учитывать все нюансы нашей работы. Например, крупная собака тяжело вписывается в отделение реанимации. А вот йоркширский терьер или цвергшнауцер – на ура. Для крупного подростка с психическим расстройством и неконтролируемой агрессией лучше подойдет малочувствительный черный терьер или американский питбуль. Здесь мы всегда исходим из задач реабилитации или адаптации, а породу подбираем уже под задачу.
Анна Богина, волонтер-педагог: Никакие породы не считаются «наиболее подходящими». Основные критерии – это здоровье собаки и желание хозяина. Есть некоторые ограничения и особенности в использовании собак определенных пород. Так, например, воспитать канистерапевта из собаки с холерическим типом нервной деятельности непросто. Но возможно! Трудно использовать в канистерапии собак с длинной пушистой шерстью, потому что требования к чистоте у нас очень строгие и на гигиенические процедуры будет уходить много сил. Поэтому желание хозяина играет определяющую роль в возможности использовать таких собак в канистерапии. Есть собаки, которые в соответствии со Стандартом породы имеют «слабые места» с точки зрения физиологии. Например, таксам нужно беречь позвоночник. Если наш пациент случайно сядет или упадет на таксу, это может стоить ей здоровья. Совсем маленькие собаки (до 5 кг), как правило, имеют тонкие кости, слабые суставы и связки. Это налагает определенные ограничения в видах терапии, где могут использоваться собаки таких пород.
Инна Судникова, волонтер-педагог: Для работы в канистерапии нет утвержденных или предпочитаемых пород. Все зависит от индивидуальных качеств собаки. Главное, чтобы она была умная, смелая, дрессируемая. Таким может быть и доберман, и пудель, и йоркширский терьер. Размер также не имеет значения. Собаки мелких пород удобны при работе с лежачими больными, крупные хороши там, где необходима поддержка пациента: например, дети с ДЦП могут держаться за собаку. У каждой породы разная текстура и окрас шерсти. Это разнообразие важно для смены впечатлений и ощущений наших пациентов.
– Какие существуют критерии отбора собак для работы?
И.Э. Гришина: Все собаки, которых приводят в наш центр, обязательно проходят входное тестирование – на пригодность к различным видам дрессировки, и выходное – для занятий именно канистерапией, так как в нем собаку ставят в стрессовую ситуацию и смот¬рят на ее поведение. Проводят его в помещении, где уровень стресса выше, чем на площадке. Я лично в первую очередь смотрю на хозяина собаки: если человек адекватный, с высокой мотивацией к работе и горит желанием заниматься и совершенствоваться, а собака, скажем, среднего уровня, то я возьму такую пару. Понимаете, собаку можно научить не бояться людей, спокойно реагировать на присутствие других собак, каким-то командам и трюкам, а человека не научишь, тем более не заставишь помогать другим людям и быть неравнодушным и понимающим.
М.Н. Мальцева: В СПРКТ собаки первично отбираются по специальному поведенческому тесту, разработанному в Австрии и доказавшему свою валидность на большой выборке собак в США и Канаде. Тест проверяет собаку на устойчивость к раздражителям разных видов: от шума до навязчивого тактильного контакта. Также тест испытывает собаку на устойчивость к стрессу и умение контролировать свою активность и агрессию в разных смоделированных ситуациях. После первичного отбора собака или становится собакой-«адвентором», то есть собакой для визитов к условно здоровым людям (воспитанники детских домов, пожилые люди, живущие в домах опеки и т.п.), или проходит дополнительную подготовку более высокой категории для работы с людьми, имеющими ОВЗ. Если собака прошла такую подготовку и сдала экзамен, она становится собакой-терапевтом или официально «собакой – средством реабилитации». Экзамен и подготовка к нему проводятся в соответствии с требованиями соответствующего ГОСТа. В основу ГОСТа лег международный тест для собак-терапевтов с высокой валидностью. Обязана упомянуть о том, что собака сдает экзамен в паре со своим вожатым. Перед тем как вести собаку на экзамен, владелец проходит обучение и сдает свой экзамен на теоретическое понимание принципов безопасности, гигиены и правила общения с пациентами и детьми разных возрастов. Какой бы умной ни была собака, ей руководит человек, который должен пред¬отвращать нештатные ситуации и понимать, куда и зачем он пришел.
Анна Богина: Как я уже говорила, есть два основных критерия отбора: здоровье собаки и желание хозяина много учиться самому, учить собаку и работать.
Для того чтобы пройти отбор и приступить к подготовке собаки-терапевта, хозяину нужно построить такие отношения с питомцем, чтобы он вел себя абсолютно неагрессивно к людям, управляемо по отношению к другим собакам, спокойно в разных стрессовых ситуациях. Построив эту базу, владельцу можно начинать учиться на волонтера канистерапии и обучать свою собаку дальше.
Инна Судникова: Для работы собак можно отбирать со щенячьего возраста. Основные принципы: собака не должна проявлять грубого и агрессивного поведения к человеку. Не показывать нервозного, пугливого, безразличного отношения к хозяину и окружающим. Собака должна быть дрессируемой, легко адаптирующейся к изменениям. Не рассматриваются кастрированные или стерилизованные собаки, а также собаки, взятые из приютов. Это связано с тем, что у собак, попавших в приют, есть неизвестный нам прошлый жизненный опыт. Рассказать о нем собака неспособна, но его проявление может оказаться неожиданным. А поведение собаки-терапевта должно быть предсказуемым.
– Расскажите о результатах канистерапии.
И.Э. Гришина: В моей практике был такой яркий пример, когда сука бернского зенненхунда занималась с лежачим мальчиком, страдающим ДЦП и поражением мозга. От ребенка отказались все специалисты, и тогда его привели к нам. Сначала его просто «выкладывали» на собаку. После месяца работы пошел прогресс, он стал ходить, с поддержкой конечно, но тем не менее, говорить и читать стихи. Канистерапия запустила процесс развития ребенка, а дальше уже его «подхватили» логопеды и тренеры.
М.Н. Мальцева: Канистерапия – это не развлечение с собачками, это структурированные, нацеленные на конкретные ожидаемые и возможные результаты реабилитационные программы. Просто в программе медицинской или социальной реабилитации присутствует еще один участник – собака, а вовлекает ее туда хозяин, он же волонтер – помощник канистерапевта. У собаки важная роль – она так называемый мотивационный объект, делающий реа­билитацию желанной и привлекательной для пациента. И в первую очередь канистерапия – это реабилитация. Конечно, специфичная, поэтому для такой работы мало быть врачом, надо еще и на канистерапевта дополнительно выучиться в вузе. Тем не менее реабилитация, конечно, должна быть эффективной, а не иметь отдельные позитивные результаты. Другое дело, что бывают случаи «чудесного исцеления». Это случаи, когда нарушение, с которым мы работаем, связано с сильным стрессом, тревогой. Такие состояния могут мешать человеку ходить, говорить, учиться. И у нас есть с десяток случаев, когда канистерапевт при помощи собаки очень быстро снижал уровень стресса и тревоги и получал ошеломляющий результат: неходячий пациент поднимался с инвалидной коляски. У меня в практике было два случая, когда дети с психогенными нарушениями ходьбы вставали на ножки после 30 минут общения с собакой. И один случай, когда девочка, молчавшая год после психологической травмы, заговорила с собакой. Но я как реабилитолог прекрасно понимаю, что это не чудо, а психофизиология. Хотя, конечно, – хвала собакам, что они у нас есть! Без собаки этого добиться гораздо трудней.
Анна Богина: На моих глазах множество детей, которые просто не могли выходить из дома из-за страха перед собаками, начинали гладить и угощать четвероногих лекарей через 2–3 занятия. Причем важно заметить, что они переставали бояться не только одну конкретную собаку-терапевта. Занятие строится таким образом, что у ребенка снижается тревожность к собакам в целом, и это существенно повышает качество жизни наших маленьких пациентов. Канистерапия – это серьезная методика реабилитации, поэтому, говоря о позитивных результатах, мы всегда опираемся на четкие и объективные измерения. До начала курса мы оцениваем навыки пациента, потом разрабатываем индивидуальную или групповую программу. Через определенный период фиксируем изменения. Для того чтобы оценить нашу работу, часто нужны специальные знания. Мы тратим три месяца занятий на то, чтобы ребенок с диагнозом «аутизм» показал пальцем на собачий корм, который ему нужен, чтобы ребенок с ДЦП расчесал собаку, чтобы незрячий ребенок научился открывать контейнер. Это существенный прогресс для каждого пациента. Но в работе с серьезными диагнозами не приходится ожидать чудес и ярких примеров. Для того чтобы показать по-настоящему заметные позитивные результаты, нужны годы работы.
Окончание следует.

Показать полностью


Комментарии

Возврат к списку

Последние поступления

  • «Мы не судьи собак, мы судьи пород»

    «Мы не судьи собак, мы судьи  пород» Судья с мировым именем, заводчица йоркширских терьеров Ана Место весной посетила Россию. Многие могли встретить ее в Главном ринге на «Евразии-2017». На Всероссийской конференции судей РКФ она поделилась тонкостями экспертизы любимой породы и рассказала, на что сегодня обращают внимание, когда йорк выходит в ринг.

    Читать далее

  • Без ошибок с первых дней. В помощь начинающим владельцам

    Без ошибок с первых дней. В помощь начинающим владельцам «Ура! В моей семье появился щенок!» пожалуй, это самая распространенная фраза, которую можно услышать от счастливого обладателя долгожданной собаки. Но как воспитать истинного английского джентльмена из непослушного шилопопика. Ведь вы хотите иметь собаку, поведением которой сможете гордиться?

    Читать далее

  • Широкие ноздри– залог здоровья

    Широкие ноздри–  залог здоровья В начале этого года кинологическое сообщество Великобритании было всерьез обеспокоено угрозами организации The Campaign for the Respon-sible Use of Flat-Faced Animals . (CRUFFA – Кампания за ответственное разведение коротко-мордых животных) распространить на главной выставке страны – Crufts – наклейки, предостерегающие владельцев брахицеФальных пород от разведения излишне утрированных собак с проблемами дыхания.

    Читать далее

  • Почему, мой верный пес, у тебя холодный нос?

    Почему, мой верный пес, у тебя холодный нос? Многие хозяева знают, каково это просыпаться от того, что любимый питомец тычет своим мокрым ледяным носом прямо в лицо. И, вероятно, большинство владельцев собак задумывались о том, почему же все-таки нос у собак такой?

    Читать далее